Газпромбанк Автолизинг требовал 5,65 млн ₽ — по мировому клиент платит 232 тыс. ₽

Одновременно в отношениях существовал третий договор лизинга — в отношении RAM 1500 Limited. В первоначальном расчёте лизингодателя он не был учтён. Наша задача состояла не в механическом сложении цифр по двум договорам, а в построении единой модели завершающих обязательств по трём связанным отношениям. Именно сочетание нескольких договоров, разных предметов, дат изъятия, цен реализации и договорных начислений делало спор интеллектуально сложным.

Мы изучили электронные материалы дела и сразу поставили процессуальный вопрос о подсудности. Затем подготовили развёрнутый отзыв, в котором противопоставили расчёту лизингодателя проверяемую альтернативу. Отдельно оспорили применение пункта 6.10 Общих условий лизинга: договорная формула не должна приводить к повторному возврату финансирования, двойному учёту платежей или предоставлять лизингодателю больше, чем он получил бы при нормальном исполнении договоров.

Позиция включала несколько взаимосвязанных направлений. Мы указали на продажу имущества взаимозависимому лицу по непрозрачной процедуре и существенное расхождение с рыночными ориентирами; на начисление платежей после прекращения договоров и возврата предметов; на необходимость отличать лизинговый платёж от платы за фактическое пользование финансированием; на чрезмерную неустойку 0,45% в день и правила статьи 333 ГК РФ.

Для проверки цен продажи подготовили ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы. Вопросы эксперту были поставлены на даты фактической реализации HOWO и CHERY. Параллельно подготовили претензию и встречный иск, включили в расчёт третий договор и сформулировали самостоятельную позицию клиента. По нашему расчёту сальдо складывалось уже не в пользу лизингодателя, а в пользу клиента на 5 008 983,66 ₽. Эта сумма была нашей процессуальной позицией, а не итогом мирового соглашения и не фактически полученными деньгами.

Первый альтернативный расчёт по материалам отзыва показывал, что требование лизингодателя завышено как минимум на 4 803 920,87 ₽. Дальнейшая работа была направлена не на защиту одной первоначальной цифры, а на последовательное раскрытие всех ошибок экономической модели оппонента. В ходе процесса готовились дополнительные доводы и контрвозражения, сопоставлялись первичные документы и результаты реализации имущества.

Спор прошёл семь судебных заседаний: 4 и 25 декабря 2025 года, 29 января, 3 и 31 марта, 29 апреля и 28 мая 2026 года. Первые два заседания входили в базовый объём задания, ещё пять сопровождались отдельно. Такая продолжительность позволила не оставлять расчёт лизингодателя единственной финансовой моделью перед судом и последовательно усилить переговорную позицию клиента.

28 мая 2026 года стороны подписали мировое соглашение. В нём первоначально согласованный сторонами объём завершающих обязательств был зафиксирован в размере 5 347 816,35 ₽, однако при добровольном исполнении итоговая обязанность клиента уменьшена до 232 283,77 ₽. Сумма распределена на три ежемесячных платежа. После её исполнения стороны отказались от дальнейших взаимных требований по указанным договорам.

Мировое содержит важное условие: при просрочке более 30 календарных дней лизингодатель вправе требовать исполнения исходной суммы 5 347 816,35 ₽ за вычетом уплаченного. Поэтому достигнутый результат требует своевременного исполнения графика. Мы раскрываем это условие, потому что профессиональная защита состоит не только в красивой итоговой цифре, но и в понимании правовых последствий каждого пункта соглашения.

Защищённый имущественный интерес рассчитан консервативно: из первоначально предъявленных 5 650 710,23 ₽ вычтена итоговая обязанность 232 283,77 ₽. Результат — 5 418 426,46 ₽, или 95,89% требования. Государственная пошлина в этот показатель не включена. Это не взыскание денег в пользу клиента, а реально устранённая часть требования оппонента.

Стоимость оказанных юридических услуг по актам до премии составляет 289 000 ₽: 204 000 ₽ базового объёма и 85 000 ₽ за пять дополнительных заседаний. По первоначальному счёту была предоставлена скидка 30 600 ₽, которая учитывается отдельно и не уменьшает стоимость выполненных строк в актах. Премия 5% от сэкономленных 5 418 426,46 ₽ составляет 270 921,32 ₽. Общая стоимость проекта по актам и премии — 559 921,32 ₽. Премия 10% не начислялась, поскольку мировое не предусматривает взыскания денег с лизингодателя в пользу клиента.

Практическое значение дела — в том, что крупный расчёт лизинговой компании не является неизменной данностью. Чтобы изменить исход, недостаточно просто заявить о несогласии или попросить снизить сумму. Нужно восстановить экономику каждого договора, отделить возврат финансирования от платы за его использование, проверить продажу имущества, сформировать альтернативный расчёт и превратить его в последовательную процессуальную позицию. Именно эта интеллектуальная работа позволила перевести требование на 5,65 млн ₽ в контролируемое мировое обязательство на 232 тыс. ₽.